Красиво мне писать лень. Буду писать, как помню.
День первый. Суета сует.
читать дальшеУльдор в город попал уже почти ночью и последнее, что ему хотелось делать – это идти к Наместнику с докладом. Тем более ничего конкретного узнать так и не удалось, кроме того, что какукарельдар из Рохана действительно были из Рохана. Единственным разумным объяснением было то, что Враг желает посеять недоверие между когда-то союзниками. Но в этом вопросе намеренья Врага были удручающе постоянны, а шпионы из Рохана начали появляться только недавно. Что-то изменилось. Что именно Ульдор понятия не имел и его это злило. А еще на обратном пути он узнал, что леди Алатиэль внезапно покинула столицу. Не навестить её было просто грешно, и после её рассказа Ульдор осознал, что уезжать ему явно не следовало. Оставлять честных людей одних вообще опасно, могут натворить бед. Девица – шпионка на допрос с пристрастием, увы, так и не попала, так что к наместнику идти пришлось с тем немногим, что было.
И начальник тайной стражи пошел. И по дороге вдруг наткнулся на Гендальфа. Это встреча никого не обрадовала. Ульдор Митрандира не любил. Главным образом за то, что маг занимался какими-то тайными делами, никого в них не посвящал, приходил и уходил когда хотел, и надавить на него не было ни малейшей возможности. От того, что сейчас придется у этого…хм…человека просить совета, тупо заныл старый ожог на щеке, но служба есть служба. Так что начальник тайной стражи решительно двинулся Гендальфу на перерез и, поприветствовав его в стиле «Что припёрся старый пень?», рассказал про какуарельдар, амулеты и белого старика с посохом. В ответ узнал, что глава Белого совета ведет себя странно, но Митрандир в нем уверен. В Рохане определенно что-то происходило. Ладно, туда должен был ехать Фарамир – что-нибудь да увидит.
Наместник был мрачен. Это было его обычное состояние. Вообще, состояния у него было всего два: мрачен и разгневан. И в другом виде Наместника не видели очень и очень давно. Он весьма грозно поинтересовался, известны ли начальнику его тайной стражи все недавние события и затребовал объяснений, грозя походу дела оргвыводами вплоть до снятия с должности.*
***Столько завуалированной угрозы при разговоре с начальством я получал только однажды. Я играл орка-военачальника и Саурон считал своим долгом, раз уж я таки вылез со свиным рылом в калачный ряд, постоянно прикладывать меня мордой об стол в фигуральном смысле, что б не забывался. Помогло вролиться, кстати. Но ассоциации странные***
Объяснения начальника тайной стражи по поводу Рохана явно были очень слабыми и начальник прекрасно это осознавал. Поэтому пообещал наместнику в ближайшее время усилить работу в этом направлении и мягко напомнил про взятие Осгилиата, дабы показать, что не все так ужасно в гондорском королевстве. Но Осгилиат Денетора уже не радовал. Очень жаль, ибо только на это левый берег и годился. Радовать Наместника фактом своего наличия.
А на выходе из зала Ульдор вдруг углядел странно знакомую спину в золотом платье. Рыжая дама о чем-то беседовала со стражей. Прерывать их Ульдор не стал, продолжая разглядывать спину дамы, пытаясь вспомнить, где же он её уже видел. А потом дама обернулась и оказалась оруженосцем лорда Фарамира.
- А вот это я упустил. – задумчиво произнес Ульдор и медленно направился к выходу. Леди Ириссе пошла следом, сказав, что им надо поговорить. Поговорить определенно следовало. Но на крыльце дома навстречу вдруг вышел лорд Имрахиль с сыном.
Лорда Имрахиля Ульдор уважал, но старался лишний раз не связываться. Князь Дол Амротский был вторым человеком в королевстве, обладал острым языком, и общение с ним порой было испытанием.
"Красивые у вас глаза, особенно дальний". Ну, нафиг.
Леди Ириссе при виде этой парочки вдруг побледнела и явно собралась падать в обморок в ближайшее время. Начальник тайной стражи вспомнил про заочную помолвку, выругался про себя и отделавшись от светской беседы под предлогом срочных дел уволок леди Ириссе в сторону её покоев.
Тут подробностей не будет, Ульдору эта беседа стоила порядочного куска душевного спокойствия.
На середине разговора в комнату влетел Боромир. Он был явно удивлен компанией в покоях своей невесты. И ему тоже нужна была Тайная Стража. Ну а к кому еще обращаться на тему кражи Палантира?
На аккуратные намеки Ульдора на тему " А может я как-нибудь сам?" Боромир отреагировал без энтузиазма. Красть обязательно должен был вор и на момент получения договора вор должен сидеть в тюрьме. План подставы вора тоже был разработан лично князем. И тот факт, что если тебе дают легкий заказ, потом на нем ловят и грозят тюрьмой - платить точно не собираются, тоже эффекта не возымел. Если бы Ульдор знал, чем все это кончится - послал бы князя с его великими планами куда подальше. Но приказ найти вора поступил и пришлось искать. К тому же тянуть к Камню собственные руки Ульдору самому не очень хотелось. Слишком большое искушение представляет подобная вещь для человека его профессии.
Так что Ульдор шел по улице, обдумывая кого бы послать под видом заказчика и к кому. Самому идти не вариант, его каждая собака в городе знает.
***Честно планировал мобилизовать на это дело кого-нибудь из нашей стражи, но они как раз в этот момент сбежали в Рохан.***
По дороге в кабак до Ульдора дошли известия о пропаже гномей булавы. В трактире обнаружился и сам гном, крайне возмущенный обычаями человеческих городов. Начальник Тайной стражи честно пообещал разобраться, узнал кое-что новое о гномьих обычаях, узнал, что у гостя письмо аж от самого короля Эрибора и сбегал к наместнику испросить для гнома аудиенции.
С тоской подумал о том, расскажет ли Денетор хотя бы половину из того, о чем ему написал король. Гном уж точно не расскажет, а письма у послов красть как-то некрасиво. Но Наместник видимо считал, что Тайная Стража должна обладать экстраординарными способностями к осанвэ и рассказывал очень мало. А требовал очень много. Мысль поставить прослушку в тронном зале с каждым таким случаем все крепла.
***И в следующий раз я так и поступлю. Ибо так нельзя***
Когда количество народу в трактире чуть поуменьшилось к Ульдору подсел хозяин и рассказал, что в доме травницы кроме её брата никого не было, значит он и взял. Повод так себе, но для задержания хватит - решил Ульдор и пошел на дело. Но не тут-то было.
По дороге его поймала парочка осгилиатских воинов и поведала жуткую историю о черных фигурах, красных огнях и оживших трупах. Час от часу не легче. На террасе дворца стоял Гендальф, пришлось затребовать еще одну консультацию по обращению с ожившими трупами. Гендальф заодно попытался предостеречь начальника Тайной стражи от излишнего интереса к магии.
Забегая вперед - Ульдор предупреждению не внял.
Дальше началось веселье. Уж не помню, кто попался мне навстречу, но выглядело это так:
- У нас по Осгилиату назгулы гуляют.
- Так про это уже весь город знает.
-ЧТО???!!!
Ульдор резко разворачивается и идет обратно в кабак искать ту самую парочку. Если б одним из них не был ламедонский княжич - велел бы казнить обоих. Но ламедонский княжич, увы, там был. А имел ли я право отправить его под трибунал, я тогда не знал. А так юноша начал качать права, явно не понимаю значения слова "субординация", а так же разницу между титулом и должностью .В общем Ульдор плюнул, ибо мелочь, велел второму стражнику помочь в задержании и отправился на дело.
Задержание прошло с приключениями. Без приключений вообще мало что обходилось в жизни начальника Тайной Стражи. Когда он явился в лавку, с вором как раз общалась княжна Ириссе. Ульдор вздохнул, коротко приказал вора задержать и пошел в дом с целью устроить глобальный обыск с вскрыванием пола и выворачиванием подушек. Но не успел. Только он окинул взглядом помещение, за ним вошла леди Ириссе и затребовала объяснений. Ульдор сослался на Боромира. Княжну это не удовлетворило. Пришлось идти к ней и объяснятся более подробно. Выяснилось, что она тоже решила украсть Палантир. А заодно, что когда надо может вести себя как настоящая правительница.
В общем, мне велели беречь Боромира, пообещали сестру в жены (за что леди Ириссе так не любит родную сестру я спросить не успел) и немного подлечили глаза.
После всего этого про обыск Ульдор забыл начисто.
В кабинете застал вполне ожидаемую картину маслом. Только не ожидал, что стражник будет стоять и на все это смотреть. Хорошо, что Ульдор ничего важнее скальпелей в столе не хранит.
...Шел третий час допроса. Мы шли уже по двадцатому кругу. Догорали свечи, в городе давно уже погасли все окна. Не будь лорду Боромиру нужен вор в одном куске, Ульдор бы с ним и по другому мог поговорить, а так...Шел третий час допроса. Стороны старательно пытались заболтать друг друга. У вора пока выходило лучше, ибо предъявить ему было нечего. На двадцать первом круге Ульдору это надоело и он все таки решил перейти к угрозе физических мер... Именно в этот момент вор и упал со стула, как Ульдор потом честно докладывал Наместнику.
"Один-ноль. В его пользу". - подумал Ульдор краем уха слушая шепелявые жалобы про прикушенный язык и что-то вроде нелицеприятное в свой адрес, - "Пусть Боромир завтра сам развлекается. В конце концов он велел вора поймать, а не обвинения ему предъявить"
И это только первый вечер. Дальше было хуже.